Персональный сайт - «ФЕНОМЕН ГЕИ» ДЖЕЙМСА ЛАВЛОКА ч. 1
Суббота
10.12.2016
02:13
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Декабрь 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031
Архив записей
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 187
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Мой сайт

    «ФЕНОМЕН ГЕИ» ДЖЕЙМСА ЛАВЛОКА ч. 1

    «ФЕНОМЕН ГЕИ» ДЖЕЙМСА ЛАВЛОКА  ч. 1 

    А.Б.Казанский
    Институт эволюционной физиологии и биохимии им. И.М.Сеченова РАН
    e-mail: kazansky@iephb.nw.ru

    «Человек не господин сущего. Человек пастух бытия.»

    М.Хайдеггер. Письмо о гуманизме

    Научное представление о Земле, как о целостной живой системе, «макрокосме», живом суперорганизме развивалось учеными-натуралистами и мыслителями начиная с 18-го века (Дж. Геттон (1726-1797), Ж.Б.Ламарк (1744-1829), А.Гумбольдт (1769-1859). В двадцатом веке эта идейная линия получила достойное воплощение в виде основательной, научно обоснованной концепции «Биосферы» выдающегося русского ученого и мыслителя В.И.Вернадского. 

    Гипотеза «Геи», выдвинутая английским ученым, инженером и мыслителем Джеймсом Лавлоком в семидесятых годах (Lovelock,1972;1979;1987;1989;1991;1992;1996; 1998; 1999) явилась импульсом для разработки современного варианта системной организмической науки о Земле – геофизиологии (теории Геи). Возможно, геофизиология со временем и станет той синтетической биосферной наукой, о создании которой В.И.Вернадский мечтал и размышлял еще полвека назад. Но значение гипотезы Геи не сводится лишь к формированию какой-то одной конкретной научной теории. Ее метафоричность, множественность формулировок придают ей метафизический смысл. Сама метафора древнегреческой богини оказывает сильное влияние на глубинное архетипическое сознание людей, вызывает широкие ассоциации, в том числе и религиозные, и тем самым способствует ее широкой популярности отнюдь не только среди ученых – экологов и «зеленых».
    Работы Дж.Лавлока до сих пор не переводились на русский язык и почти не известны в России. В настоящей статье предлагается краткое неформальное введение в круг основных идей концепции «Геи» главным образом, в трактовке Джеймса Лавлока. Намечены некоторые контуры развития новой концепции автоэволюции на базе «сильного» варианта гипотезы Геи.

    1.Гипотеза Геи, концепция Геи и геофизиология

    Фактически, можно уже говорить о феномене Геи Джеймса Лавлока, о целом широком научно-общественном движении. При этом сам Джеймс Лавлок является почетным, но весьма скромным участником главным образом, научной части спектра этого движения, не стремящийся в какой-то мере направлять его в определенное русло. Он – прогрессивный ученый, фактически участвующий в разработке новой, немеханистической, некартезианской науки и в то же время – инженер-практик, обладающий удивительно развитым чувством реальности с большой долей умеренного разумного скептицизма. Да и сам он признается, что является типичным англичанином (как это ни крамольно звучит в постмодернистскую эпоху).

    Для понимания феномена Геи целесообразно различать собственно гипотезу и следующую из нее гипотетическую целостную научную концепцию «холистского» типа с её научно – прикладными частями – геофизиологией и планетарной медициной. Кроме формирования естественнонаучной части, концепция привлекла интерес сторонников биоцентристской метафизики (типа экософии Арне Нёсса), глобалистской этики и ряда сопутствующих областей гуманитарного знания, не говоря уже о различных религиях и других областях вненаучных методов познания и практики. Все эти составляющие тесно взаимосвязаны и находятся в процессе становления. Они коэволюционируют, оставаясь относительно самостоятельными аспектами движения. Следует сразу отметить, что Джеймс Лавлок, Линн Маргулис и другие основные создатели концепции Геи занимаются в основном естественнонаучной и научно-образовательной деятельностью и почти не касаются метафизических, в частности, экософских и религиозных аспектов развития гипотезы. Во всяком случае, обвинения в язычестве раздающиеся в адрес биоцентристов разного толка со стороны христианских мыслителей касаются Дж. Лавлока и его соратников не более, чем к примеру творцов квантовой механики. Мода на биоцентризм может пройти, а геофизиология будет развиваться еще долго.

    Научно-теоретическая часть концепции Геи, т.е. геофизиология очень близка концепции «Биосферы» В.И.Вернадского. В семидесятых Дж. Лавлок еще не был знаком с трудами великого русского ученого и мыслителя, о чем он с сожалением пишет в своих работах. Он объясняет свое незнание с одной стороны, отсутствием до последнего времени удачных переводов «Биосферы» на английский язык, а с другой – общеизвестной «глухостью» англоязычных авторов к другим языкам (острое критическое замечание самого Дж. Лавлока ). В последние годы положение начинает исправляться. Более того, можно говорить уже о всплеске популярности работ В.И.Вернадского на Западе, что связано с ростом интереса к проблемам глобальной экологии. После публикации на английском языке работ историков науки и совсем недавно – самого полного текста «Биосферы» с критическими комментариями известного американского специалиста Мак-Менамина, мировая научная общественность получила возможность осознать провидческий смысл целого ряда идей великого русского ученого (Grinevald, 1996; Vernadsky, 1998).

    Согласно концепции Геи, эволюция биоты, то есть совокупности всех биологических организмов настолько тесно связана с эволюцией их физического окружения в масштабе планеты, что вместе они составляют Нечто, единую саморазвивающуюся систему, которая обладает саморегуляторными свойствами, напоминающими физиологические свойства живого организма. Это нечто и названо Геей по имени греческой богини Земли (Gaia). Такое название, предложенное известным английским писателем, лауреатом Нобелевской премии по литературе Уильямом Голдингом выбрано отнюдь не случайно и имеет глубокий внутренний смысл, выходящий за рамки чистой науки (см. раздел 7 ).

    Итак, Гея как своего рода самоорганизующая система, суперорганизм (биологическая метафора) обладает саморегуляторными «геофизиологическими» свойствами, т.е. поддерживает целый ряд параметров внутренней среды в относительно стабильном, благоприятном для живых организмов уровне (гомеостаз в любом временном срезе).
    Собственно гипотеза Геи и состоит в утверждении, что в планетарном масштабе жизнь активно поддерживает относительно стабильные условия на Земле, комфортные для собственного существования. Иначе говоря, биота организует глобальные параметры среды, непрерывно подстраивая их «под себя», в процессе собственного эволюционного развития (гомеорез).
    … «Весь облик Земли, климат, состав горных пород, воздуха и океанских вод есть не только результат геологических процессов, но и является следствием присутствия жизни. Благодаря непрекращающейся активности живых организмов, условия на планете поддерживаются в благоприятном для жизни состоянии на протяжении последних 3.6 миллиардов лет. Любые виды, которые неблагоприятным образом влияют на окружающую среду, делают ее менее пригодной для потомства будут в конце концов изгнаны также, как более слабые, эволюционно неприспособленные виды…» (Lovelock, 1991, p.25).

    С точки зрения геофизиологии (теории Геи) жизнь – это свойство целостной связанной системы, которая открыта для потоков энергии и вещества и которая обладает способностью поддерживать постоянным свое внутреннее состояние. Геофизиология, как синтетическая наука о Земле изучает свойства и развитие целостной системы, тесно связанными компонентами которой являются биота, атмосфера, океаны, земная кора.

    Предполагается, что саморегуляция таких важных свойств, как климат и химический состав является эмерджентным свойством процесса развития (эпигенеза) Геи. Геофизиология ориентируется на поиск и изучение механизмов саморегуляции на планетарном уровне путем установления связей циклических самопродуцирующихся, аутопоэтических (autopоietic) (Varela, Maturana 1974) процессов на клеточно-молекулярном уровне с подобными процессами на других связанных уровнях, таких как организм, экосистемы и планета в целом (Lovelock, 1991).

    В результате процесса совместной эволюции биоты и среды родилась, развилась и достигла зрелого возраста Гея. При этом такие глобальные параметры Геи, как химический состав атмосферы, ионный состав морской воды, климат поддерживаются в далеком от термодинамического равновесия состоянии, благоприятном для существования самой жизни. В данной системе живое и неживое настолько неразделимы и нужны друг другу, участвуя в общем глобальном процессе путем круговорота и переноса веществ, обмена информацией, что традиционное представление о среде, как о совокупности внешних факторов, к которым организм вынужден приспосабливаться в процессе адаптации и эволюции выглядит односторонним и узким взглядом изнутри, с точки зрения популяции, вида да и то, в ограниченных временных рамках, справедливым только в масштабах существования мелких таксонов и частных типов экосистем.

    Лавлок уже не настаивает, как и его давняя соратница, биолог Линн Маргулис, что Гея именно суперорганизм. На докладе в Лондоне, посвященном основанию нового общества («Gaia: the Society for Research and Education in Earth System Science») он признал ( Lovelock, 1998), что во многих отношениях, организм – это всего лишь полезная метафора.
    По мнению Л.Маргулис основные качественные скачки в эволюции биоты происходят в результате серии последовательных симбиогенезов. Так например, произошли эукариоты из прокариот. Велика роль экзосимбиоза в появлении многоклеточности. Дарвиновские механизмы непрерывно участвуют в процессе эволюции, но недостаточны для реализации качественных скачков в эволюции.

    Огромную роль в эволюции биосферы от зарождения жизни до настоящего времени играет бактериальное сообщество. В исторически длительный период, когда бактерии были единственной формой жизни на Земле, происходил, как известно, непрерывный генетический обмен между ними с помощью вирусов и плазмид – кольцеобразных вирусоподобных структур (Margulis, 1987). Таким образом, древнее бактериальное сообщество в виде тонкой пленки живых матов покрывавшее поверхность Земли и царившее на протяжении трех миллиардов лет, представляло собой что-то вроде единой ткани. В начале Ордовика, около 500 млн. лет назад начался так называемый фанерозойский взрыв. Царство бактериальных сообществ в виде матов сменилось раскручивающейся спиралью развития бесконечного разнообразия сложных многоуровневых симбиотических организаций (Kovalev and Kazansky, 1999). При этом, как отмечает Э.Янч (Jantsch, 1980), основные автокаталитические единицы, управляющие «физиологическими» процессами Геи ( восстановление и окисление, соединение кислорода с углеродом и наоборот) реализуются все теми же безъядерными одноклеточными, такими, как бактерии почвы, или их потомками в ядерных клетках – митохондриями (окислители) и, хлоропластами (восстановители). Последние же, в соответствии с эндосимбиотической теорией – бывшие прокариоты, вошедшие в состав эукариот в виде специализированных клеточных органелл. То есть аутопоэтическая (см. раздел 5) и саморегулирующая система Геи, как своего рода каталитический гиперцикл Эйгена, связывающий мельчайшие живые организмы с макросистемой планетарной атмосферы и климата установилась и стабилизировалась еще 1.5 миллиарда лет назад, когда свободный кислород достиг нынешней концентрации.
    Линн Маргулис и ее соратники продолжают активно развивать концепцию симбиотической организации и эволюции биосферы, Геи.

    2.Истоки и предпосылки формирования гипотезы Геи

    Гипотеза Геи и геофизиология развивались, по словам самого Дж.Лавлока, как непредусмотренный побочный продукт космической программы NASA, где ученый работал в конце 60-х годов в специальной лаборатории по разработке экспериментов по обнаружению жизни на других планетах, особенно на Марсе накануне полета автоматических станций. Исходя из глобальности (ср. «всюдности» у В.И.Вернадского) жизни, Дж. Лавлок пришел самостоятельно в идее, что ее присутствие можно обнаружить по составу атмосферы планеты, которая является наиболее лабильной средой обменных процессов в биосфере. При этом, по мнению ученого, атмосфера «живых» планет должна отличаться термодинамической неравновесностью, причем этот неравновесный состав поддерживается неизменным именно благодаря активности жизни. У «неживых» планет состав атмосферы находится в термодинамическом равновесии со средним химическим составом планеты.

    По словам Дж.Лавлока, образ Геи возникает при мысленном взгляде на нашу планету из космоса, когда она рассматривается как многоуровневая, многослойная живая организация. Можно представить себе путешествие от макроуровня до микроуровня (биосфера в целом – биоценоз – организмы – органы – клетки ). Для Дж. Лавлока русская матрешка является наглядным символическим образом Геи. Ему близок также образ Земли, Геи в виде поперечного сечения толстого дерева, где живая часть – лишь тонкий слой камбия под корой (биосфера), а основная по массе неживая древесина – продукт многолетней деятельности этого слоя. Касаясь личного эмоционального и даже религиозного отношения к Гее, Дж.Лавлок замечает, что для него Гея ближе всего, ассоциируется с образом богородицы.

    Как уже отмечалось, в своей научной части концепция Геи сходна с «Биосферой» В.И.Вернадского, особенно в современной ее трактовке. В какой-то мере справедливо утверждение, что Дж.Лавлок через пол века переоткрыл «Биосферу». Но он не только переоткрыл, но и развил ее, довел до логического конца, в значительно более явной форме используя метафору организма. Несмотря на заметное общее сходство, между концепцией биосферы (судя по поздним опубликованным работам В.И.Вернадского) и Геей имеются различия в расстановке определенных акцентов как в научном, так и в философском плане. Во-первых, Гея – это вообще говоря, Земля в целом, а не биосфера. Поэтому Дж. Лавлок не касается вопроса о пространственных границах Геи, оставляя этот вопрос открытым. Во-вторых, концепция Геи выдвинута намного позднее концепции биосферы, в ином социально-историческом контексте, в период быстрого развития экологического кризиса, вызванного в немалой степени бурным научно-техническим прогрессом. Основательная критика индустриального общества, «сциентизма» со стороны современных философов и переориентация науки на познание сложных самоорганизущихся процессов усилила скепсис по отношению к возможностям контроля человеком окружающей среды, полного подчинения ее своим интересам. Не случайно, в Гее усиливается и доводится почти до организменного уровня свойство целостности, автономности. В связи с этим, в своем теоретическом устремлении геофизиология больше ориентируется не на классическую теорию управления (кибернетика первого порядка), а на кибернетику второго порядка, синергетику, теорию аутопоэзиса с их прагматической ориентацией и совершенно новой эпистемологией (позицией включенного наблюдателя, холистским пониманием информации, учетом творческих возможностей изучаемой сверх сложной системы, диалога и коэволюцией с нею, а не подчинением диктату и управлению).

    Кроме описанных В.И.Вернадским свойств биосферы, Гея обладает важными конкретными саморегуляторными, «физиологическими» функциями. Дж. Лавлок сконцентрировал внимание на способности биоты регулировать климат на планете. У него постепенно складывается представление о регулирующей роли круговоротов веществ по аналогии с метаболитами в организме животного. Одним из своих предшественников он считает шотландского врача и ученого 18 века Дж. Хаттона (J.Hutton), любителя-геолога, предшественника основателя геологии Чарлза Лайеля. Следует отметить, что в русской литературе ученого традиционно именуют Геттон. Хаттон прямо сравнивал реки с кровеносными сосудами, а Землю считал организмом. Интересно в данном контексте отметить, что в 1933 г. В.И.Вернадский, будучи в командировке в Англии, специально посещает Библиотеку Британского музея, разыскивает и знакомится с трудами Дж. Хаттона (Аксенов, 1994, с. 430).

    Как независимый ученый (старинная английская традиция), Лавлок зарабатывает средства на свои исследования сам, путем разработки и патентования приборов в области контроля состояния окружающей среды. Он совершил переворот в области измерения сверхмалых концентраций газов в атмосфере. В частности, газовый спектрофотометр, основанный на использовании эффекта электронного К-захвата, созданный им еще в военные студенческие годы позволил впервые обнаружить накопление в атмосфере хлорфторуглеродов, пагубно влияющих на озоновый слой Земли.

    Но основной сферой интересов ученого является геофизиология. Он формулирует интересные геофизиологические гипотезы и организует их проверку путем экспериментов и измерений. Несколько важных геофизиологических гипотез уже получили научное подтверждение.

    3.Геофизиологические гипотезы и их подтверждение

    Первая гипотеза состояла в том, что Марс является безжизненной планетой (исходя из состава атмосферы) (Lovelock,1972). По мнению Дж. Лавлока, это было подтверждено в ходе полета станции Викинг в 1977г.
    В 1971 г. была высказана гипотеза, что живые организмы способны вырабатывать вещества, которые могут переносить существенные элементы с океанов на сушу (Lovelock, 1972;1989). Подтверждение последовало в 1973 г., когда была обнаружена эмиссия диметилсульфида (ДМС) и метилйода из отмирающих планктонных организмов океана. Оказывается, это – единственный известный источник переноса серы и йода из океана на сушу. Кроме того, капельки ДМС служат ядрами конденсации водяных паров, способствуя образованию облаков. Облака локально влияют на микроклимат (ослабляют интенсивность ультрафиолета, пагубно влияющего на живые организмы, способствуют образованию ветра и как следствие – ветровому перемешиванию биогенов, что в свою очередь способствует увеличению продукции водорослей). Сернистые соединения, попадая на сушу, способствуют росту растений, которые ускоряют выщелачивание горных пород. Образующиеся в результате этого процесса биогены смываются в ручьи, реки и в конце концов – в море, способствуя росту продукции водорослей. Выявление подобных, на первый взгляд неожиданных циклически замкнутых причинных цепочек является характерной чертой геофизиологии.

    В 1981 г. было высказано предположение, что глобальный климат, возможно, стабилизируется путем саморегуляции цикла двуокиси углерода через биогенное усиление процесса выветривания горных пород (Lovelock, Watson, 1982). В терминах геофизиологии, двуокись углерода является ключевым метаболическим газом Геи, влияющим на климат, продукцию растений и производство свободного атмосферного кислорода. Источником двуокиси углерода в биосфере является вулканическая деятельность. Растворенный в дождевой воде, углекислый газ взаимодействует с вулканическими горными породами, богатыми карбонатами и силикатами (химическое выветривание).

    Результаты исследований Т.Фолька и Д.В.Шварцмана, представленные в журнале Nature в 1989 г. подтвердили, что микроорганизмы вместе с растениями в тысячи раз ускоряют выветривание горных пород (В.И.Вернадский обращал внимание на роль биогенного выветривания еще в 30-х годах). Растения всасывают углекислый газ из воздуха в почву, повышая его локальную концентрацию в 10-40 раз. Кроме того, основная масса погибших растений подвергается бактериальному окислению и превращается в двуокись углерода в местах контакта с соединениями кальция, силикатами и водой. Продукты выветривания переносятся речным стоком в океан, где также подключаются живые организмы. Диатомовые водоросли используют кремниевую кислоту, а остальные – бикарбонат кальция для построения своих скелетов. В добавок, океанические водоросли всасывают углекислый газ прямо из воздуха. Отмирающие водоросли формируют меловые известняковые и кремниевые осадочные отложения. Атмосферный углекислый газ создает парниковый эффект. Биота, участвуя в регуляции его концентрации, тем самым регулирует среднюю температуру атмосферы.

    Очень важная гипотеза касается регуляции климата путем контроля величины облачного покрова за счет эмиссии водорослями сернистых соединений. Как уже отмечалось выше, выделяемые одноклеточными водорослями сернистые соединения служат ядрами конденсации водяного пара и способствуют образованию облаков. В 1990 г. показано, что облачность над океанами коррелирует с распределением планктона. Альбедо планеты, ее способность отражать солнечную радиацию существенно зависит от плотности и площади облачного покрова. По мнению Дж. Лавлока, в настоящую эпоху, в связи с перегревом атмосферы, вызываемым антропогенным парниковым эффектом, биогенный механизм регуляции облачного покрова приобретает особенно важное значение. В частности, в результате специального комплексного исследования показано, что основной планетарный эффект лесов Амазонии состоит отнюдь не в производстве кислорода (практически весь кислород поглощается местными животными и бактериями), а в охлаждении поверхности Земли за счет увеличения облачного покрова, вызванного испарениями воды.

    Цикл другого метаболического газа – кислорода прямо связан с циклом углерода. Чем больше захоранивается углерода, тем больше освобождается атмосферного кислорода. По предположению Дж. Лавлока, один из важных механизмов поддержания концентрации кислорода в атмосфере на уровне 21% связан с тем фактом, что при концентрации кислорода ниже 15% воспламенение древесины невозможно, а при концентрации выше 25%, воспламенение происходит слишком легко и лесные пожары просто уничтожат все леса. Хвойные породы и эвкалипты легко воспламеняются, поэтому пожары включаются в их эволюционную стратегию. Другие виды деревьев и соответствующие типы лесов менее чувствительны к огню. Конкуренция за пространство между разными типами лесов, подобно конкуренции между белыми и черным маргаритками в модели «Daisyworld» (см. ниже) может реализовать петлю глобальной обратной связи, регулирующей концентрацию кислорода в атмосфере.

    В процессе проверки находится гипотеза о том, что процент кислорода в атмосфере Земли оставался на уровне 21+_ 5% последние 200 миллионов лет, а также то, что в атмосфере Архейской эры преобладал метан, который временно заместил углекислый газ и поддержал парниковый эффект, необходимый для поддержания благоприятной температуры на поверхности Земли.
    Дж.Лавлок не согласен с превалирующей в среде геофизиков идеей «коэволюции» биоты и неживого вещества планеты. Коэволюция предполагает определенную автономию партнеров, а в рамках такой организмоподобной системы как Гея живое и неживое – это лишь условно выделяемые локальным (внутренним) наблюдателем кратковременные переходящие друг в друга состояния единого циклического самопродуцирующегося процесса, напоминающего процессы внутри живой клетки Поэтому Дж. Лавлок не раз отмечал, что Гея – это определенный взгляд на Землю из космоса как на самоподдерживающуюся живую организацию (аутопоэзис). При этом он скорее всего, ошибается, когда в одной из работ относит к приверженцам идеи коэволюции и В.И. Вернадского, который не даром, ввел понятие «живого вещества», придавая ему новый планетарный смысл, выходящий за традиционные биологические рамки. Скорее, к идее коэволюции склонялись Тимофеев-Рессовский и его последователи, трактовавшие биосферу Земли как совокупность биогеосистем, как суперэкосистему (Свирежев,1989). Такая трактовка биосферы – это фактически, – отказ от организмической модели биосферы в пользу популятивной.

    4.Критика гипотезы Геи

    Многие участники Первой Чепменовской конференции Американского Геофизического Союза посвященной гипотезе Геи и проводившейся в 1988 г. согласились с тем, что гипотеза Геи есть метафора. Впрочем, понятие «борьба за выживание» или даже более общее и многозначное понятие «борьба за существование», подсказанное (если не навязанное) Ч.Дарвину социальным дарвинистом Г.Спенсером, можно с тем же правом считать метафорой. Тем не менее, это не помешало построению удивительно популярной эволюционной теории. Позитивная роль метафоры состоит в ее способности стимулировать научную мысль. Неизбежная обратная сторона медали – порождение многочисленных заблуждений и мифов. И в том и в другом теория Дарвина, гипотеза Геи и другие популярные концепции вполне преуспели.

    Научный эстеблишмент резко критикуют гипотезу Геи с позиции довольно ортодоксального позитивизма за ее якобы «нефальсифицируемость» по К.Попперу (Kirchner, 1991). Т.е. критики слишком формально и прямолинейно подходят к анализу гипотезы, наивно считая ее строго научной. Имеется ввиду, например, ее первоначальная, интуитивная, нестрогая и тавтологичная по своей логической структуре формулировка, согласно которой биота поддерживает на Земле условия, благоприятные для собственного существования (Lovelock, 1988). Дело в том, что как уже отмечалось, вся биосфера подобна живой клетке и разделение ее на биоту и неживую материю в этой динамической, циклически организованной и самопродуцирующейся системе весьма условно. Тем более, мало научного смысла в том, чтобы рисовать схему с обратными связями между этими компонентами, как делал Дж. Лавлок и его соратники для наглядности в некоторых популярных трудах. Позднее, Дж. Лавлок, на основании работ известных чилийских ученых У.Матураны, Ф.Варелы, (Maturana and Varela, 1987), особенно, под влиянием работы Э.Янча (Jantsch, 1980) стал с осторожностью трактовать Гею с научной точки зрения как многуровневый аутопоэзис (Lovelock, 1991) (см. следующий раздел).
    Кроме того, следует учесть, что с точки зрения традиционной науки Гея является очень сложной системой с многими неизученными контурами обратных связей, что делает традиционный анализ и даже имитационное моделирование пока что неэффективными инструментами. Все это и заставляет Дж. Лавлока продолжать называть Гею гипотезой и даже считает ее «образом жизни для агностиков» (Lovelock, 1999).

    Критика гипотезы Геи со стороны биолога, известного эволюциониста и при этом довольно одиозного социобиолога Ричарда Докинза оказалась более существенной и стимулировала использование Дж. Лавлоком математического моделирования. В своей широко известной книге «Расширенный фенотип» (Dawkins, 1982) Ричард Докинз говорит о том, что эволюция по Дарвину с ее генетическим «эгоизмом» никогда не сможет привести к «альтруизму» планетарного масштаба, необходимого для саморегуляции процессов на планете. По его мнению, Гея невозможна, поскольку планета не способна воспроизводиться, а без воспроизводства не может быть естественного популяционного отбора наиболее приспособленной из планет.
    Форд Дулиттл (Ford Doolittle) из Канады отвергает Гею на тех же основаниях. Он говорит, что планетарная саморегуляция возможна только при наличии у биоты способности предсказывать и планировать будушее и что не существует путей эволюции глобального альтруизма путем естественного отбора. Как уже отмечалось выше, американский биолог Линн Маргулис, являющаяся йдейным союзником, соратницей и фактически соавтором концепции Геи придает большое значение таким недарвиновским механизмам макроэволюции, как симбиогенез (Margulis, 1987).

    Дулиттл вполне признает существование симбиогенеза, но утверждает, что подобные процессы происходят только между тесно связанными субстанциями, а Гея потребовала бы существования комитета биологических видов, ежегодно собирающихся для того, чтобы договориться насчет климата и химического состава планеты на следующий год.
    В ответ на данную критику, Дж. Лавлок вместе с коллегой А.Уотсоном создает компьютерную модель воображаемой искусственной планеты «Мир маргариток» («Daisywоrld») (Watson A.J. and J.E.Lovelock,1983). На модели показано, что двухвидовое сообщество, состоящее из темных и светлых маргариток, которые всего лишь адаптируются к локальной среде может стабилизировать в определенных пределах температуру планеты путем биогенного изменения ее альбедо (коэффициента отражения), компенсируя известный эффект почти линейного увеличения яркости свечения солнца за период существования Земли. Впрочем, весьма оригинальная концепция «эгоистического гена» Р.Докинза, являющаяся апофеозом геноцентризма в дарвинизме вполне правомерна как частная модель, определенная полезная установка, метафора или как активный вызывающий тезис, а не как целостная научная картина биологических процессов. Довольно-таки экстремистская концепция Докинза уже подверглась серьезной критике в рамках биосемиотики, синергетики, теории эволюции. Вообще, применение классической дарвиновской схемы ко всей биосфере вряд ли имело смысл уже после работ В.И.Вернадского в начале века. К сожалению, как уже отмечалось, англоязычный читатель совсем недавно по-настоящему открыл для себя великого русского ученого.

    Еще одним ответом Дж.Лавлока и его коллег на указанную критику была разработка отчасти эмпирической, но в большей степени – гипотетической модели Архея, когда Гея, родившаяся с появлением жизни на планете впервые «заявила о себе». Во-первых, она согрела Землю парниковым газом – метаном сразу после уменьшения, благодаря фотосинтезу концентрации углекислого газа в атмосфере.
    Образование кислородной атмосферы стало причиной глобального кризиса, который также был успешно преодолен появлением оскифильных консументов и частичным восстановлением концентрации углекислого газа.

    Эволюция биосферы в рамках концепции Геи интерпретируется как ее индивидуальное развитие, эпигенез. Дж.Лавлок прослеживает, как в процессе исторического развития проявлялись и совершенствовались саморегуляторные свойства Геи. После очередных глобальных кризисов, вызванных внешними причинами или внутренней логикой развития, Гея успешно справлялась с восстановлением контроля над средой путем частичного адаптивного изменения своей структуры, но сохраняя при этом принципы самопродуцирующейся организации (аутопоэзиса), т.е. непрерывно поддерживая свою идентичность и самоконтроль.

    Несмотря на почтенный возраст, ученый много работает. Он живет с семьей в Корнуолле, на собственном участке земли, площадью 30 акров, скорее напоминающим дикий средневековый лес, чем парк. Старинная мельница служит ему офисом, домом и инженерной лабораторией. Он публикует много научных и научно-популярных трудов, выступает с лекциями, ведет обширную переписку. Лавлок – сильный и острый полемист, резко критикует как «зеленых» экстремистов, так и бездумное современное индустриальное общество, неумолимо ведущее человечество (но не Гею!) к гибели. По его мнению, самые опасные плоды цивилизации в настоящее время условно выражаются тремя английскими «c»- chain saw, car and cattle (мотопила, автомобиль и скотоводство). Эти три достижения цивилизации способствуют обезлесиванию и усилению парникового эффекта, тем самым ослабляя саморегуляторные способности Геи. Зеленый покров – это что-то вроде кожи, а облака – пот планеты и ее защитный экран.

    Ссылка: http://www.evol.nw.ru/labs/lab38/kazansky/fenomen.htm

    http://ecocrisis.wordpress.com/1/gaya/